Разделы
Главная
Авторы
Оплата и доставка
Партнеры
Анонсы
События
Архив
Прайс-лист
Корзина
Контакты
Авторизация
Логин
Пароль

Регистрация  |  Мой пароль?
Валюта
Выберите тип валюты:
Прокошин Валерий «Ворованный воздух»
Обсудить (0 мнений)Главная / Книги / Поэзия
200 руб.
Добавить в корзину
Добавить в папку сравнения

В последней книге стихотворений Валерия Прокошина с первых строк становятся понятными две вещи: что перед нами – большой поэт и что тема смерти, подведения итогов доминирует в его последних стихах. Сборник начинается строчкой о рае – авторским предположением о том—, каким этот рай может быть («Рай похож на гигантский пломбир», «Рай похож на глоток молока»), и заканчивается строками: «Вечность бьётся, как рыба, под боком / Левым: жизнь младше смерти пока». Поэту хочется, чтобы жизнь была младшенькой, любимой, чтобы её гладили, с ней тетешкались, чтобы всё у неё было ещё впереди – в том числе старшая сестра, смерть. Такой кристальной чистоты русского стиха я давно не встречал. Это чистота звенит в воздухе хрустальным звоном:

Рай похож на гигантский пломбир:
Сколько света кругом, сколько снега!
Ангел кутает плечи в меха.
Я еще не пришел в этот мир,
Но в янтарной горошине века
Спит дитя – негатив человека:
Без души, без судьбы, без греха…

О своём детстве Валерий пишет, перекликаясь с балладой Высоцкого («…Первый срок отбывал я в утробе – / Ничего там хорошего нет.»): «Я родился, на волю спеша, / Раньше срока условного – в пятьде- / Сят девятом, в конце декабря…»



И вот уже выплывает то, что являет собой неотъемлемо прокошинский взгляд на мир: «Над Россией плывут облака, / Небо выгнуто заячьим оком…» Вот это небо, выгнутое заячьим оком, - и есть квинтэссенция лирики Прокошина. Это – чистое вещество поэзии, свой особенный взгляд на мир. По таким строчкам узнают настоящих поэтов.

Метафору «ворованный воздух» принято ассоциировать с Мандельштамом. Но для Прокошина «ворованный воздух» был собственной жизнью. Это как раз та ситуация, когда метафора может стать реальностью конкретного человека, поэта Валерия Прокошина. Он писал мне: «…название …к Мандельштаму не имеет отношения, потому что у меня ворованный воздух связан с онкологией. Там даже эпиграф к циклу есть «После посещения онкологического центра каждый глоток воздуха стал казаться ворованным».

Однако неизбежность отсылок к Мандельштаму, за которые непременно ухватятся критики, фактически вынуждает его объясниться с самим Мандельштамом (первое стихотворение из цикла «артхаус»):

После своей абсолютной смерти
Осип Эмильевич Мандельштам
реинкарнировался
в Мао Дзе-дуне,
чтобы воровать воздух
в Китайской народной республике.

Ворованный воздух –  
это Великая Стеклянная стена
между гением и злодейством.

В заключение от имени «узкоглазых мальчишек» Прокошин иронизирует:

Спасибо, Мао Эмильевич,
за наше счастливое детство.

Мандельштам вообще – один из постоянных собеседников и оппонентов Прокошина:

У соседки шуры-муры
С привкусом литературы – 
Спать ложится с Мандельштамом, просыпается с другим.

В книге есть цикл, который называется «ворованный воздух». И в нем ворованный воздух – совсем не мандельштамовский. В нём – и разговоры с Богом, и персональный Страшный Суд, и вечная мечта о недостижимом рае – точнее свете, на который, как бабочка, летит душа. Бог в этом цикле выступает в двух ипостасях – доброго старца, фактически разрешающего воровать воздух, хоть это им самим же и запрещено, и сурового Судии, следующего букве закона, который отправляет грешников в ад без различия талантов и устремлений души.

Вот Бог – добрый:

вот те Бог, он сказал и кивнул то ли вверх, 
то ли просто вбок  
вот порог, он добавил, ступай. 

И я шагнул за порог  
я дышал ворованным воздухом – 
и надышаться не мог  

А вот – суровый:

нагрешил, повторяет, сука, мол, поймал, говорит, 
с поличным  
и показывает, мол, fuck you и прикуривает 
от свечи  
и стою голышом, как в детстве, пожимаю плечом по-птичьи
прижимаю нательный крестик – 
он же сам меня приручил

Цикл заканчивается удивительно ёмким и зримым образом света души, который выливается из обречённого на наказание. Тема греховности и расплаты за грехи дана у Прокошина кинематографически ярко; кажется, будто даже звуки прорезались и стали слышны в этом стихотворении – звуки ещё не ада даже, а раскаяния. Наверное, так обострённо чувствовать – что там, за гранью, может только обречённый на смерть. Страшно представить, что в эти последние несколько лет чувствовал Прокошин. Внешне он старался казаться весёлым и сам же подбадривал друзей, фонтанировал новыми проектами. А наедине с собой он оказывался на тонкой грани между жизнью и смертью, раем и адом, проживая заново свою жизнь, представляя, как это – встретиться с Богом.

Валерий ушел от нас на эту самую главную встречу.

Но он оставил нам свои стихи. Их жизнь только начинается.


Андрей Коровин

__________________________________________________________________________________________________


Издательство «Арт Хаус медиа» 
Серия «Библиотека журнала «Современная поэзия»
ISBN 978-5-902976-68-4
Страниц - 72.
Год издания: 2012.

Прокошин Валерий «Ворованный воздух»
Версия для печати
© 2009 Арт Хаус Медиа